.. и говорит: "А-а-а... вы целуетесь здесь?" С Марфой-то, су кухаркой! Выдумал же, глупый человек! У бабы ни рожи, ни кожи, на всех зверей похожа, а он... целоваться! Чудак! - Кто чудак? - спросил подошедший Тарантулов...
Сюда не раз будет приезжать он уже сложившимся писателем в поисках новых впечатлений. Отец умер рано, в 1830 году. Дмитрий Васильевич остался на попечении матери и бабушки...
Товарищ верный, терпеливый,Питомец горных табунов,Стоял недвижно конь ретивыйВ тени древес, у берегов...
В дни безграничных увлечений, В дни необузданных страстей Со мною жил превратный гений. Наперсник юности моей.... Е. Баратынский Евгений Абрамович Баратынский стоял у истоков русской классической поэзии. Он, как и другие поэты начала XIX века, оставил большое количество стихотворений, сказал свое слово не только в российской, но и в мировой поэзии. В лирике Баратынского много дружеских посланий соратникам по перу. В этих стихотворениях поэт полушутливо говорит о своих солдатских буднях: Мне ли думать о куплетах? За свирель... а тут беды! Марс, затянутый в штиблетах, Обегает уж ряды, Кличет ратников по-свойски... О, судьбы переворот! Твой поэт летит геройски Вместо Пинда — на развод. Или мечтает о том времени, когда оставит военную службу, будет жить в кругу заботливой семьи, предаваясь любимому занятию: Нельзя ль найти любви надежной? Нельзя ль найти подруги нежной. С,кем мог бы в счастливой глуши Предаться неге безмятежной И чистым радостям души. Вскоре мечтам поэта дано было осуществиться: он вышел в отставку, женился и поселился в уединенном сельском имении Мураново. Здесь так спокойно отдыхалось вдали от шума старой столицы, наедине с подругой, и так легко писалось: Я помню ясный чистый пруд, Под сепию берез ветвистых. Средь мирных вод его три острова цветут; Светлея нивами меж рощ своих волнистых, За ним встает гора, пред ним в кустах шумит И брызжет мельница. Деревня, луг широкий, А там счастливый дом... туда душа летит, Там не хладел бы я и в старости глубокой! Живя в деревне, поэт прекрасно знает природу, любит неброскую красоту средней полосы России и повествует читателю о ее внутренней гармонии: Чудный град порой сольется Из летучих облаков, Но лишь ветр его коснется, Он исчезнет без следов. Так мгновенные созданья Поэтической мечты Исчезают от дыханья Посторонней суеты. Александр Сергеевич Пушкин высоко ценил поэтический дар Баратынского, его лиризм и благозвучие стиха: Страстей порывы утихают. Страстей мятежные мечты Передо мной не затмевают Законов вечной красоты; И поэтического мира Огромный очерк я узрел, И жизни даровать, о лира! Твое согласье захотел. Для ранней лирики Баратынского характерно воспевание радостей жизни среди верных друзей. Они молоды, полны энергии, жизнь их беззаботна и весела: Мы не повесы записные! По своеволию страстей Себе мы правил не слагали. Но пылкой жизнью юных дней, Пока дышалося, дышали; Любили шумные пиры; Гостей веселых той поры, Забавы, шалости любили И за роскошные дары Младую жизнь благодарили. Но со временем в поэзии Баратынского начинают звучать иные мотивы. Автор задумывается о своем предназначении и о великой миссии поэта и поэзии. Эта тема станет традиционной для русской классической литературы. За Баратынским об этом будут писать многие великие поэты. Сегодня поэзия Баратынского воспринимается иначе, но его мысли, чувства и патетика по-прежнему актуальны и читаются современным читателем с захватывающим интересом. Они интересны и как шаги становления русской поэзии, и как история стихосложения, и как история русской культуры.
